Распечатать
30 сентября 2011, 17:13 Ирина Хакамада о женщинах, политике и людях из Сибири

Ирина Хакамада провела в Новосибирске мастер-класс, на который были приглашены только женщины. На пресс-конференции Хакамада – в прошлом политик, а теперь общественный деятель и писатель – рассказала о своем понимании любви, семьи, политики, а также отношении к Сибири и действующему властному тандему.

«О, это Сибирь!»

— Сибирь очень люблю, Новосибирск люблю. Для меня вообще все, что за Уралом, почему-то ближе. Мне кажется, за Уралом живут европейцы, а в средней России живут какие-то архаичные люди. Не знаю, почему так. Наверное, чем ближе к власти, тем архаичнее, а чем дальше от власти, тем современнее. То ли климат такой, то ли порода у вас такая. Знаю очень много молодых людей и девушек, из Сибири приехавших в Москву, они дико энергичны, красивы и очень успешно крутятся и вертятся в Москве. Их прямо за километр узнают, такой четкий типаж, что все говорят: «О, это Сибирь!»

Брак разрушается, а любовь – нет

По словам Ирины Хакамады, она отошла от политики, когда поняла, что перспектив для демократии в России в ближайшее время не будет. Ушла «в никуда», а потом постепенно стала зарабатывать деньги мастер-классами и писательским трудом. Сейчас, например, она планирует выпустить книгу о том, насколько другой стала модель взаимоотношений между мужчиной и женщиной в современном мире. Материал для книги она собрала, пригласив своих друзей на вечеринку и устроив конкурс на лучшую историю о любви. Несмотря на то, что истории полностью соответствуют жизни, они такие невероятные, что теперь, по словам Ирины Муцуовны, «их нужно обрабатывать, чтобы было похоже на правду».

— Любовь осталась, потому что она от небес, от звезд, это необъяснимая вещь, за что люди любят друг друга. Если они говорят за что, значит, никакой любви нет. Институт брака меняется на глазах: традиционный брак разрушается, но я не считаю, что он исчезает, потому что в природе и мужчин и женщин заложено иметь семью, гнездо. И это скорее природный инстинкт, чем социальный, рожденный христианской цивилизацией. У меня очень модный брак, но он, правда, только четвертый – такая модная продвинутая модель.

Женщина-президент? Сначала гувернантка!

—Как вы считаете, что нужно делать, чтобы женщины, наконец, стали не на словах возглавлять бизнес-структуры и политические структуры наравне с мужчинами?

— Ситуация уже меняется. Социологи и психологи изучают этот феномен и говорят, что наступает время женской энергии.

— И что нужно делать, чтобы оно быстрее наступило?

— Нужно просто жить и развиваться. Чем более будет современна страна, тем более будут современны мужчины и женщины. Мужчины станут современными в том плане, что перестанут говорить о месте женщины у печки (или у плиты), потому что это уже какой-то архаизм. И если мы во всем остальном архаичны, то хотя бы должны понимать, что институт семьи развивается более динамично, чем институт политических отношений. На первом месте бизнес – он самый динамичный, после этого идет семья, а потом уже все остальное, в том числе институты права…

Необходимо создавать условия для того, чтобы женщина была защищена: имеется в виду здоровье, имеется в виду инфраструктура детских садов, институт гувернанток-нянь, чтобы это было все достойно, по карману. И тогда женщина пойдет в бизнес. Сейчас она идет ведь не потому, что денег не хватает или муж пьяница, а потому, что самореализация становится некоей серьезной мотивацией. Интернет… Знаете, вот невозможно «впилиться» в газовую промышленность, в нефтяную, в крупное машиностроение, в металлургию – это традиционно мужской мир. Но женщина туда и не стремится! Ей это все неинтересно. Но зато туда, куда она устремляется – это касается интернет-технологий, это касается fashion-индустрии, это касается искусства, галерейной индустрии – там все получается. Поэтому, если Россия сохранит хотя бы более-менее современные экономические отношения, женщина возьмет свое и лет через пятнадцать-двадцать вы даже перестанете задумывать о том, может ли женщина быть президентом России.

Тандем един и неделим

— Как вы можете прокомментировать отставку Кудрина и отказ Медведева баллотироваться в президенты. И не боитесь ли вы, что вернутся времена, когда… (долгие и продолжительные аплодисменты).

— Они уже давно вернулись. Я ничего не ожидала, для меня ничего не было удивительного. И есть тому доказательства: я написала в Твиттер, когда еще с Прохоровым случилась вся его беда: «Тандем един и неделим». И все, кто пытается найти там щель и раздвинуть ее руками, превратить в некую пропасть, совершают страшную ошибку. Лужков был первой жертвой этой ошибки, Прохоров – второй, сейчас Кудрин – третий.

Я уже высказала свое мнение в 2004 году, когда пошла в президентскую кампанию. Я сказала: «Идите, идите за меня голосуйте, хотя у меня нет шансов. Я предлагала всем своим коллегам идти вместо меня кандидатом в президенты». Они говорят: «Зачем?» Я им говорю: «Ребята, выборов больше не будет».

— Выскажите свое отношение к этой политической ситуации.

— Ну какое мое отношение? В случае вот этой рокировки – я ее ожидала. Я несколько раз предупреждала: даже не надейтесь, что Дмитрий Медведев начнет кампанию, конкурентную Владимиру Путину. Шансов у Медведева нет. Нет, я не думаю, я знаю. Социология показывает, что большинство поддерживает Путина.

Вы-то здесь в Сибири, вы такие модные вообще! Такие современные! Вы думаете, что вся Россия такая? Вы как москвичи,которые сидят в Москве и думают: ооо, вся страна переживает то, что переживает Москва. А вся страна ничего не переживает! Вот поезжайте в Тверскую область, в Псковскую область, в Воронежскую область – и понеслось, и пошло! Вы увидите – вообще всем все до лампы. Путин – хозяин, молодец, сильная рука, нам нравится! И всё, дальше пошли заниматься своей жизнью.

Телевизор определяет не все

— Говорят, что мы достойны своего вождя. Как вы думаете: население определяет, кто у власти, или власть определяет менталитет населения?

— И то и другое. Если власть контролирует монопольно весь рынок средств массовой информации, то конечно она формирует. На то они и средства информации – это идеологическое оружие. Если вы будете смотреть телевизор и больше ничего не будете читать, то, конечно, постепенно вы поверите в ту картинку на экране. С другой стороны, население представлено настолько разными социальными группами, что сформировать с помощью телевизора мозги молодежи или мозги продвинутых людей интеллектуального труда невозможно: и те и другие, кстати, телевизор не смотрят.

— Так что власть определяет, но не до конца. Поэтому я согласна, что народ достоин той власти, которую он имеет. Пока в народе господствуют настроения патернализма и перекладывание ответственности за судьбу страны на кого-то другого, до тех пор ничего не получится. То есть у нас люди привыкли: «Я прогрессивный, мне не нравится то, что происходит вокруг. Ну-ка, где? Где тот политик, который за бесплатно будет за меня в тюрьме сидеть? А чо его нету?» …А почему вы не хотите сидеть в тюрьме? Рисковать должен народ. Не отдельные люди за него, а весь народ, выходя. Тогда он чего-то добивается. И вообще правильно сказал Соловьев, при всей его циничности, что в конечном счете свободу вам никто не подарит, она завоевывается в тяжелых баталиях.

Фото автора

Дарья Жданова

Постоянный URL: http://academ.info/news/18409