Распечатать
29 марта 2013, 12:55 Сказочные миры Фролова

Вы любите смотреть в чужие окна? А в окна чужих миров? Если да, то выставка Петра Фролова для вас. Дамы с колоды игральных карт, дамы со сбежавшими вещами, ноты, птицы, драконы, ящики и ежи, мечты и будни, знакомое и неведомое – его миры живут по своим сказочным законам и лишь похожи на наши. За каждой картиной своя история, причем история добротная, прописанная до мелочей. 

«Волшебно! Отойти от картин невозможно, чем дольше всматриваешься, тем больше деталей всплывает», – говорит Марина, посетительница выставки в Доме ученых. 

«Симпатично. Но мне больше нравятся картины Натальи Тур, – машет рукой в сторону второго зала Татьяна. – Столько света, воздуха и солнца! Пара, судя по всему, вообще очень солнечная». 

В выставочном зале Дома ученых открылась выставка супругов Петра Фролова и Натальи Тур. Походить между картин с Петром, который специально приехал пообщаться с новосибирскими зрителями, удалось и нашему корреспонденту.

О везении

— С чего начинается художник? Вот вы, например?

— Я этого, конечно же, не помню. По рассказам моей мамы, я был довольно шебутным ребенком. Но оказалось, меня достаточно просто нейтрализовать: мне выдали краски, сшили большой прорезиненный фартук с огромным карманом, куда эти краски могли стекать, и рисование занимало меня продолжительное время. Уже после этого, в возрасте 6 лет меня отвели в детскую художественную школу при Эрмитаже.

— Вам повезло, что вы родились в Ленинграде?

— Безусловно, это удивительный город. Но, как говорит моя мама, я Петербург предал, потому что давно там не живу и никогда не мог там нормально работать. Не знаю почему, но мне там не работается.

— А в чем в вашей творческой жизни вам повезло больше всего?

— Оглядываясь назад, с позиции моего возраста, я думаю, в том, что я не стал на коммерческие рельсы. У меня был период «тупого зарабатывания денег», и я не могу сказать, что горжусь им. Но я смог уйти от этого. Всего 6 месяцев в деревне, и я стал больше думать не о материальных благах, а о сюжетах.

О сюжетах и театре

— Откуда они приходят к вам, сюжеты картин?

— Даже трудно перечислить, буквально отовсюду. Вот, например, последняя картина (а последние картины – они всегда самые любимые). Картина написана на абсолютно «не мою» тему. Но заказчик просил написать для японской выставки специальную картину на тему драконов. Я стал фантазировать: каким может быть мой дракон, как он должен выглядеть, во что одет, если он одет будет, что он ест и с чем вообще у меня драконы ассоциируются. У меня они ассоциируются с самолетами. С этого и начал вырисовываться сценарий: аэропорт, путешествие на драконах, поездки на драконах вокруг света. Я исписал и исчеркал целый блокнот. Постепенно идеи нанизались на единый стержень, и получилась картина.

— Звучит, как будто вы пишете настоящий сценарий словами, а не зарисовками.

— Наверное, больше всего мои сценарии напоминают план военных действий, со стрелками и названиями, массами и пятнами. И только потом начинается подбор натуры, работа с реальными и выдуманными персонажами.

Я учился в театральном институте и у меня так и осталось абсолютно сценическое мышление. Все мои картины «театральны»: вот глаза – вот сцена, нет ни перспективы, ни вида сверху, ни снизу. Сцена, кулисы, съезжают декорации, одна дальше, другая ближе, задник – театр, одним словом.

Об иллюстраторе и мультипликаторе

— Многие ваши картины напоминают хорошие иллюстрации к хорошим книгам. Есть писатели, которых хочется проиллюстрировать?

— Я понял, что не могу иллюстрировать кого-то. Нет простора для фантазии, мне слишком тесно в рамках, заданных писателем. Если, конечно, не брать таких, как Льюис Кэрролл с его «Алисой в стране чудес». Но это не интересно уже по другим причинам: только ленивый ее не иллюстрировал. В таких случаях невольно входишь в чей-то уже готовый образ иллюстраций, мультфильмов и т.д. Более того, сейчас я работаю над огромным проектом «Азбука» и ищу литератора, который проиллюстрирует мои работы своей историей. То есть работа идет от обратного.

— А прорисовать мультфильм с придуманным вами миром?

— Было желание. Но мультфильм – это тоже работа под чьим-то началом, для этого тоже придется загнать меня в какие-то рамки. Тем не менее у нас даже идет обсуждение проекта – создание мультиков на основе моих работ. Пока не знаю, что из этого получится. Тех же драконов хотелось бы вывести за пределы одной картины. Возможно, придумать с ними мультик…

Об одежде

— Я всегда был человеком толстым и при этом в одежде свободолюбивым. Всегда обожал халаты. Однажды мой друг привез с Бали в подарок штаны. И я понял, что по ощущениям они очень похожи на халат. А уже они подтянули к себе жилеточки, шапочки, и получился образ. А всего года три назад я был одет как все нормальные люди.

О реакции

— Когда продаете свои картины, что ощущаете?

— Сейчас – грусть. А когда только начинал работать, конечно, удовлетворение.

— Сейчас вы приехали в Новосибирск на выставку, потом полетите в Японию. Зачем самому присутствовать на выставках?

— Чтобы посмотреть на реакцию. Это моя связь со зрителями.

— И какая реакция на вашу работу из когда-либо увиденных была самой запоминающейся?

— Реакция женщины, изображенной на картине «Дама Червей» (это реальный человек). Она была потрясена не столько самой картиной, сколько вниманием, которое я ей уделил, тому, как я обыграл ее и какое мир ей придумал. Она даже дар речи потеряла.

О жене и доме

— Сложно ужиться двум творческим личностям под одной крышей?

— Нам нет. У жены замечательный характер. К тому же трения возникают, только если есть конкуренция. А мы не конкурируем. Оба активно участвуем в творческой жизни другого советами, поддержкой.

— Какая картина Натальи вам нравится больше всего?

— Последняя. «Остров». Она отличается от других, и мне кажется более продуманной, более графичной. Ей удалось достаточно точно передать состояние дома, где мы живем. Дом просто замечательный – стоит на скале, если закрыть калитку, то попасть можно будет только морским десантникам. Единственный наш сосед – Антон Павлович Чехов, чей музей стоит рядом. Прямо перед домом две скалы, на которых живут две чайки. Одну, в честь Антона Павловича, мы назвали Антоха. Чаек я научился призывать криком, и мы их подкармливаем. Это самое лучшее место для работы. Я страшно боюсь, что когда-нибудь Министерство культуры, которому дом и принадлежит, запретит нам туда приезжать и работать.

О счастье

— Вы счастливый человек?

— Да. К счастью, да.

Выставка организована совместно Домом ученых СО РАН и Общественным фондом поддержки города Новосибирска и завершится 31 марта. 

Юлия Черная
Постоянный URL: http://academ.info/news/23823