Мы побеседовали с Виталием Наумовым о его творчестве, конкурсных успехах и будущих постановках.
– Виталий, вы решились заняться литературой в зрелом возрасте. Что побудило к творчеству?
– Моя первая пьеса – историческая драма «День как век» – по сути, отложенный продукт моей научной деятельности. Я по образованию историк, изучал эволюцию государственно-партийного аппарата Западной Сибири второй половины 30-х годов прошлого века на институциональном и кадровом уровне. Работал в архивах – столичных и региональных. Встречался с людьми, имевшими отношение к теме моего исследования. 35 лет назад была возможность побеседовать с живыми свидетелями эпохи. Некоторые из моих собеседников были знакомы с руководством не только края, но и страны.
Одним словом, я был глубоко погружен в предмет исследования, буквально дышал той эпохой. Однако обстоятельства сложились так, что в середине 90-х я был вынужден уйти из аспирантуры и заняться отраслевой аналитикой. При этом всегда был уверен, что на истории я точку не поставил.
Действительно, жизнь сделала новый поворот, и я понял, что готов поделиться тем, что вынашивал десятилетия, но уже в ином формате.
– В 90-х годах о предвоенных репрессиях писали много, даже слишком много. Актуальная ли такая пьеса сегодня, заинтересует ли она театры и зрителей?
– Это пьеса не только про историю. Для меня это возможность на историческом материале поговорить с читателем (и, надеюсь, со зрителем) на вечные темы: что человек в своей жизни может изменить, а от чего отказаться нельзя? Что такое предательство и какова его природа?
И меня радует, что реакция на пьесу далеко не однозначна. Я участвовал с «Днем...» в мастерских Ассоциации союза писателей и издателей России и услышал от коллег минимум три различных интерпретации произведения, основанных на тексте.
– Если не ошибаюсь, уже первая пьеса получила признание критиков?
– Да, я выставил ее на конкурс «Время драмы». И когда я с первой попытки попал в шорт-лист, это было своеобразным ответом на вопрос, не графоманством ли я занимаюсь. Ну и, конечно, простимулировала меня, как автора. Вторая пьеса, трагикомедия «Реанимация», также вошла в шорт-лист «Времени драмы» и лонг-лист международного конкурса коротких пьес «Stories».
– Лонг-лист – это достижение?
– Судите сами – в него вошли 25 пьес из 450, заявленных на конкурс.
– Вернемся к пьесе «Саныч». Она первая получила шанс быть воплощенной на сцене после победы в конкурсе «Детство. Отрочество. Юность».
– Да. Хотя пьеса – это в первую очередь литературное произведение, но без воплощения на театральных подмостках есть в ней некая незавершенность. Собственно, этим и объясняется необходимость участвовать в конкурсах – у победителя состязания значительно повышаются шансы быть замеченным театральными режиссерами. А конкурс Национальной ассоциации драматургов проводится при поддержке Президентского фонда культурных инициатив, приз в нем – не только лауреатство, но и 1 миллион рублей на постановку пьесы. Премьера «Саныч» состоится на сцене Драматического театр Северного флота в Мурманске.
Для меня же победа в этом конкурсе важна и тем, что его жюри возглавлял Юрий Поляков, писатель, чье творчество мне очень близко.
– Как я понимаю, выбор театра обусловлен тем, что партнером конкурса стало Министерство обороны, а пьесы отбирались такие, что могут способствовать патриотическому воспитанию молодежи. Но ведь «Саныч» – пьеса не детская, по духу, она скорее, вампиловская – искренняя и пронзительная.
– Не думаю, что пьеса для молодежного театра – это непременно пьеса с молодыми героями. «Саныч» - про выбор, который приходится делать человеку, вне зависимости от возраста. К тому же параллельно в пьесе развивается линия взаимоотношений двух подростков, которым, вероятно, суждено, повторить судьбу старших героев.
– Не могу не спросить, почему такой необычный выбор жанра – драматургия? Почему не стали писать прозу?
– Мне интересно создавать историю через диалоги героев, их внутреннее напряжение, мобилизацию. Как в том же «Дне…»: все начинается, как разведка боем, интеллектуальное состязание, а потом выясняется, что абстрактные, на первый взгляд, темы, наполняются конкретным жизненным содержанием, приводящим героев к барьеру, причем с разных сторон. Следить за диалогом сложнее. Нужно уметь считывать зашитую в нем информацию. Для этого нужен общий с автором бэкграунд. Это, кстати, к вопросу о целевой аудитории моих произведений.
– В планах – исключительно пьесы?
– Не совсем, буквально на днях я окончил небольшую повесть – своего рода современный служебный роман – историю знакомства взрослого мужчины и молодой женщины, в которой мужчина не совсем понимает, чего он хочет, а женщина совсем не понимает, что происходит.
И, конечно, работаю над новой пьесой. На сей раз о будущем – о социальных трансформациях в обществе, пережившем тотальную цифровизацию.
– Виталий, где можно ознакомится с вашим творчеством? Не у всякого сибиряка будет летом возможность отправиться в Мурманск, чтобы посмотреть ваш спектакль...
– Я всё-таки надеюсь, что посмотреть спектакли по моим пьесам в относительно ближайшей перспективе можно будет не только в Мурманске.
А прочитать тексты можно уже сейчас Журнальный вариант «Реанимации» опубликован в «Сибирском Парнасе», в первом номере этого года. Тексты всех пьес есть на сайте «Театральная библиотека Сергея Ефимова».