– Максим, все уже привыкли к мужчинам, которые занимаются спортом, но девушка-боец в коллективном сознании – по-прежнему удивительно. Расскажите, как возникла идея создания женской группы по ММА?
– У меня был пример спортивной семьи: и мама, и папа. С детства я активно занимался спортом, но не всегда этого хотел, но отец мне говорил: «Вырастешь – скажешь спасибо». Действительно, сейчас я ему за это очень благодарен: к 30 годам у меня нет проблем со здоровьем.
Мне всегда казалось милым, когда в каком-нибудь кино парень выходил на пробежку со своей девушкой. Я видел примеры старших товарищей, которые занимались спортом со своими женами. В подростковом возрасте думал: было бы здорово, если бы моя девушка тоже была вовлечена в спорт – не обязательно в единоборства.
Когда мы начали вести тренировки в мужских группах по ММА с тренером Юрием Сысой, на занятия иногда приходили подруги спортсменов – это был некий пробник ведения тренировок у женщин. Мне понравился такой опыт: это совсем иной уровень эмоций и отдачи.
В современном виде чисто женская группа по ММА существует уже третий год.
– У вас есть опыт ведения как мужской, так и женской группы – какие между ними отличия?
– И девушки, и парни на тренировках делают примерно одну и ту же работу: это «ударка», борьба, кросс-фит. Но у девушек нет спаррингов: они сами так захотели, сказав, что будут заниматься для здоровья. Многие рассматривали единоборства как вариант похудеть, попробовать что-то новое после фитнеса, качалки, йоги и пилатеса.
В женской группе все достаточно взрослые, средний возраст – 30 лет, то есть сюда приходят осознанно: это не тот случай, когда школьницу на тренировки выпнули родители, чтобы была при деле.
– Сложнее ли заниматься с девушками в психологическом плане?
– Если на тренировках мужчины делают все, стиснув зубы, ведь это предполагает гендерное воспитание («ты мужик, держи эмоции при себе, не проявляй слабость»), то девушек такому не учат. Если она не захочет делать какое-то упражнение, то так и скажет: не хочу. Они более открытые, больше высказываются – в какой-то степени это упрощает занятия, так как тренер получает мгновенную обратную связь. А за парней приходится больше додумывать – хотя, казалось бы…
Юношеские группы, которые готовятся к соревнованиям, нужно учить дисциплине, объяснять им, что у каждого действия есть последствия. Если, предположим, школьник будет срывать тренировочный процесс, то его можно и нужно выгнать с занятий: конечно, с последующим объяснением, за что.
Но воспитывать тридцатилетнего человека – бред. Можно проявить материнскую заботу: заставить ее надеть капюшон перед улицей, когда девушка вышла из душа после тренировки. Но для них легкий саботаж на тренировке – это «бытовуха»: у всех бывают трудные дни. А у женщин они случаются с определенной периодичностью, это физиология.
Кстати, некоторые тренеры не хотят сталкиваться с подобными недовольствами, постоянно спорить, и именно поэтому рекомендуют девушкам не посещать тренировки в определенный период цикла.
– Есть ли в единоборствах что-то, что дается девушкам легче, чем парням?
– У них по природе лучше пластика: есть предрасположенность к гимнастическим элементам. Парни приходят с более забитыми и закостенелыми мышцами, им растяжка дается труднее, тогда как девушки после нескольких тренировок могут встать на мостик или сесть на шпагат. Девочкам легче даются удары ногой в голову – хайкики, такие элементы часто встречаются в тхэквондо, каратэ, кик-боксинге.
Парень будет долго пыхтеть и стараться, чтобы добиться такой же растяжки.
– Как насчет стереотипа о том, что бои – не женское дело?
– Считаю, что стереотипы гендерного воспитания надо рушить. Это когда мальчики обязательно должны заниматься боями, а девочки – быть кухарками или ходить на рисование. Если мальчик хочет рисовать – пусть будет художником. При этом можно подключить и единоборства: если такого художника кто-то обидит, вряд ли успеет извиниться.
С девушками так же. К тому же, мы не всегда знаем, к чему у нас есть предрасположенность, поэтому нужно пробовать многое. Вообще, смешанные единоборства – не значит кровавое месиво, побоище, что на тренировках постоянно друг друга душат или ломают.
Иметь крепкие мышцы хорошо для всех. Нашему скелету тяжело держать массу тела, из-за чего начинаются грыжи и протрузии. В большом европейском клиническом исследовании рассматривали обращения пациентов с больными коленями к врачам. Оказалось, около 40% из них поступали от «офисного планктона» с сидячим образом жизни. Человек так устроен: он нуждается в физической активности. Речь не только о единоборствах: порой люди забывают, что можно просто побольше ходить.
– Если разобрать по пунктам: как занятия смешанными единоборствами могут повлиять на характер девушки?
– Можно стать более уверенной в себе. Здесь никто не ставит на стекло, не бьет палкой – нет спартанских условий, которые бы деформировали характер.
По мне, бои – это абсолютная грация. Посмотрите на бойца смешанных единоборств Валентину Шевченко – ее можно назвать идеалом женщины. Умная, красивая, спортивная, говорит на нескольких языках, воспитанная – как ММА ущемили ее женственность?
– А что касается опасений, что от боевого спорта фигура станет «мужской»?
– Фигура меняется в худшую сторону из-за приема различных препаратов, гормонов – если этого не делать, то с пропорциями все будет в порядке, девушка останется маленькой и стройной. Проявятся рельеф, мышцы пресса, косые мышцы живота – все это красиво.
К тому же, девушкам нужно уметь за себя постоять. В мире много насилия, ограблений, оскорблений – и будет лучше, если она сможет дать отпор. Не обязательно выступать в соревнованиях по ММА: важно суметь связать пару ударов в качестве самообороны.
– Есть ли моменты, в которых вы гордитесь своими подопечными?
– Испытываю безусловное стопроцентное чувство гордости, когда девушка рассказывает, как применила к своему парню или мужу болевой прием, который мы проходили на прошлой тренировке.
Существует колоссальное заблуждение, услышанное «от дедушки»: во время тренировки нельзя пить воду. Во время физических нагрузок вода выходит из организма, кровь густеет, и сердцу становится сложно ее гонять. И то, что девочки стали выпивать минимум литр воды за тренировку – тоже моя гордость: я объяснил им, как работает их организм.
Когда мы с женской группой начинали бегать по утрам, они говорили, что «не вывезут» более пяти километров. Потом бежали семь, восемь, десять, а после приходили на вечернюю тренировку. Так они выходили за рамки собственных ограничений – и этим я горжусь!
У меня нет тренерской цели воспитать звезд ММА: я буду одинаково рад как чемпиону, так и тому, кто наконец-то смог поднять ногу и пробить хайкик, или если человек научится жонглировать гирями. Я за то, чтобы тренировки были в кайф: как спортсмену, так и тренеру. Моя задача – влюбить подопечного в спорт.
