— Очень интересное название группы «Сибирский диксиленд». Как оно появилось?
— Диксиленды – так стали называть себя джазовые группы, первые биг-бенды, появившиеся в начале XX века. И мы решили не отставать от хорошей традиции.
— В музыкальных предпочтениях тоже остаетесь верны традициям?
— Абсолютно верно. Мы играем нью-орлеанский джаз или, как его по-другому можно назвать, традиционный джаз.
— И много в Новосибирске фанатов такого направления джаза?
— Достаточно. Да и не только в Новосибирске. Мы довольно часто участвуем в различных фестивалях, выезжаем играть за границу. В этом году мы были в Финляндии, где у нас сразу появились поклонницы… Это были девушки лет шестидесяти (улыбается). Также у нас есть свой фан-клуб в Америке. Он действует с тех пор, как в 2001 году наш диксиленд был назван в тройке лучших коммерческих диксилендов в США на фестивале Costa Mesa Orange Countu Classic Jazz Festival. С тех пор мы – постоянные участники этого мероприятия.
— Про фестивали в нашем городе что можете сказать? Вот, например, недавно прошел фестиваль «Jazz in jeans»…
— Этим фестивалем я остался очень доволен! На моей памяти это пятый или шестой по счету фестиваль, проходящий в Новосибирске. Но в своем роде он первый, поскольку такого уровня еще не было. Нам выпала возможность поработать с интересными и талантливыми музыкантами. Например, Рой Янг – всесторонне развитый певец, знает очень много джазовых тем. С ним мы играли практически без репетиций, «натянули» целое отделение на 50 минут. Также не могу не отметить такого саксофониста, американца, как Билл Эванс. Он произвел фурор! Наши музыканты были в шоке от его игры, его импровизаций, стиля. Это какой-то новый импровизационный стиль, который просто не мог не произвести впечатления! На мой взгляд, такие фестивали имеют большое значение для города. В первую очередь, это общение с зарубежными музыкантами, у которых мы до сих пор учимся. Ведь у нас вплоть до девяностых с такой музыкой было сложно. Знаете же, как говорили: «Сегодня ты играешь Джаз, а завтра Родину продашь». Так что обмен опытом необходим.
— На других посмотреть – это понятно. А как насчет себя показать? Как обстоят дела с джазом в нашем городе? Сложно угодить новосибирским слушателям?
— Сложно…но не по причине, что они этим «объелись». Сложно потому, что у нас в Новосибирске своих профессиональных коллективов много. О себе скажу, что только у «Сибирского диксиленда» раз-два в месяц либо в Доме Ленина, либо на какой-то другой площадке проходит концерт, по области выезжаем довольно часто. У Новосибирска есть «Биг Бэнд» Толкачева, у нашего барабанщика Владимира Кирпичева свой какой-то состав имеется, у Натальи Соболевой состав, существует объединение «2+1». Можно и дальше перечислять все профессиональные коллективы нашего города. Так что, как видите, угодить и вправду трудно. Новосибирск находится в точке внимания, где народ не обижен и может выбирать, что ему действительно нравится. У нас есть ценители и профессионалы. Характерная особенность – у каждого объединения свой фанат. В этом смысле Новосибирск можно назвать джазовым городом.
— Молодежь согласна с подобным статусом? Есть в этой среде свои ценители?
— Еще как! Причем немало. Я сам был приятно удивлен, когда стал замечать рост молодежной аудитории среди любителей и фанатов джаза. На фестивале мы выступали в клубе «Изюм» и вместо положенных 40 минут нам пришлось отыграть два часа. А молодежь сидела – кайфовала.
— Джаз – изначально музыка американская. Каким он стал, попав на сибирскую почву?
— Не думаю, что он как-то сильно изменился. Джаз есть джаз. Его главная черта – импровизация. Этого не лишен и новосибирский джаз.
— Ваш коллектив сложился в начале девяностых. Сложно, наверное, тогда было? Люди думали совсем не о музыке…
— Очень сложно! Во-первых, не так просто было найти музыкантов. Людям хотелось заработать, а первые составы работали буквально на энтузиазме. То есть сначала люди работали практически бесплатно. Потом, боюсь соврать, но, кажется, где-то год спустя начали появляться какие-то маленькие денежки в качестве зарплаты. Но на концерты люди, все же, ходили. Залы, хоть и небольшие, но мы собирали. А свой первый концерт «Сибирский диксиленд» дал в метро! Как сейчас помню, это было восьмого ноября.
— Джазовые музыканты, какие они? Что можете о них сказать?
— Музыканты… они разные. Все люди разные. Сложно охарактеризовать музыкантов. Одно скажу: для нас джаз – это уже не просто музыка, это образ жизни.
— «Если не постигнешь лексики современного джаза, то многое пройдет мимо тебя» – так сказал Владимир Толкачев. Вы с ним согласны?
— Пожалуй, да. Джаз – своеобразное направление. Его недостаточно слушать, как всякого рода попсятину («дуристику», как еще ее называет Сергей Гершенович – прим. автора), эту музыку надо понимать. А для понимания необходимо знать какие-то азы, лексику.
— Значит, неслучайно существует мнение, что джаз – это элитарный стиль музыки?
— Существует такое мнение. Есть у меня интересная история на этот счет. Помните время, когда развалился Советский Союз, пошла перестройка? Тогда появляется такой термин, как «новые русские» (хотя не люблю этот термин). И вот тогда же среди них стали модными различного рода тусовки, корпоративы, на которые приглашали джазовых исполнителей как раз потому, что джаз вроде как элитарный жанр. Это был такой своеобразный понт, потому что в джазе на самом деле никто ничего не смыслил. А в результате получилось так, что те, кто когда-то понтовали, со времен в джаз влюбились и теперь не представляют, как можно слушать что-то другое. Так у нас появились ярые поклонники и очень хорошие друзья, которые не признают другую музыку, кроме как нашу. Джаз – он будто затягивает. Начнешь слушать, а потом не сможешь оторваться.
— Так понт превращается в страсть?
— Да, влюбившись в джаз однажды, так и останешься верен ему.
Фото с сайта www.sibjazz.ru
Ольга Гудова
