Министр культуры Владимир Мединский уволил директора Новосибирского театра оперы и балета Бориса Мездрича. Причиной стал его отказ принять указания министерства в ситуации вокруг спектакля «Тангейзер», вызвавшего возмущение православных иерархов и активистов. Передав дела новому директору Владимиру Кехману, Борис Мездрич ответил на вопросы корреспондента «Известий».
― Как и когда вы узнали об увольнении?
― Сегодня, пять часов назад, когда встречал прилетевшего из Москвы первого замминистра культуры Владимира Аристархова. Он прямо в аэропорту вручил мне приказ о прекращении договора и о назначении директором Владимира Кехмана.
― А когда вы ехали в аэропорт, еще не знали, зачем едете?
― Не знал.
― Вы удовлетворены тем, что остались верны своей позиции?
― Как говорили в советское время, я испытываю чувство глубокого удовлетворения. Если серьезно, я действительно внутренне очень рад. Рад, что выдержал этот напор, что не сдал спектакль. К сожалению, выстоять до конца и победить не вышло. Но я благодарен всем, кто поддержал нас, ― коллегам, зрителям, коллективу театра. Я свой путь прошел, кажется, достойно. Правда, мне еще суды над «Тангейзером» предстоят.
― Вы передали дела Владимиру Кехману?
― Он сейчас ходит по театру. Я его познакомил с замами, с основными специалистами.
― У вас были дружеские отношения? С каким настроем он приехал сейчас?
― Нет, я вообще с ним только по телефону был знаком. Лично первый раз увидел сегодня. Мне все равно, как он настроен.
― Министр предлагал вам вариант, при котором вы сохранили бы пост?
― Нет, он вообще не ставил передо мной такой выбор. Когда мы беседовали две недели назад в его кабинете, он озвучил предложения, которые потом частично были опубликованы в документе под названием «Позиция Минкультуры». Но я ему сказал, что некоторые предложения не могут быть выполнены: в частности, сокращение финансирования «Тангейзера» и извинения. Я сказал, что для меня это невозможно. Мои профессиональные правила не позволяют мне «сдавать» спектакли и извиняться перед людьми, которые не видели оперу.
― Какие у вас планы на будущее? Уйдете на отдых или будете работать?
― Надо подумать. Я ведь только что узнал об увольнении. Хотя, конечно, просчитывал этот вариант. Я же понимаю, что в подобных ситуациях уход директора ― одна из основных опций. В беседе с министром я озвучил, что готов к этому.
― Сегодня около театра был очередной митинг против «Тангейзера».
― Я видел, проезжал мимо. Несмотря на солнечную погоду, вместо заявленных трех тысяч организаторы собрали одну. Это хороший симптом. Значит, нам в Новосибирске все-таки удалось убедить какую-то часть людей. Город не сдался, люди не пошли на поводу у агрессивной публики, прикрывающейся православием и церковными канонами. Это очень радует. Я думаю, что город выстоит. Люди теперь будут понимать, что нельзя прогибаться. Хорошо бы это понимали не только в Новосибирске.
― Через неделю состоится митинг ваших сторонников. Вы на него придете?
― Посмотрим. Я вообще не сторонник таких форм публичной жизни. Я привык разговаривать в помещениях, приватным образом. Театр не принимает никакого участия в организации этого митинга. Его инициировали люди и общественные организации, которым я очень благодарен за поддержку.
Источник: Izvestia.ru
