Представителям новосибирских властных кругов ещё никогда не предъявляли обвинений в организации преступного сообщества, совершении ряда убийств и бандитизме. Громкий политический скандал, разразившийся в Новосибирске, подвел свои итоги на прошлой неделе под крышей Центрального районного суда. Корреспондент Academ.info восстанавливает цепочку событий.
Александра Солодкина-младшего, вице-мэра Новосибирска, и его отца, главного эксперта по спорту администрации Новосибирской области, задержали 16 февраля в рамках уголовного дела об организации преступного сообщества, совершении ряда убийств, бандитизме, мошенничестве и других тяжких и особо тяжких преступлений, совершенных в период с 1990 по 2009 год. Следствие полагает, что вице-мэр участвовал в деятельности преступного сообщества под руководством Александра Трунова. Осенью 2009 года Солодкину также предъявили обвинение в организации поджога автомобилей, принадлежавших местному предпринимателю, лидеру новосибирской армянской национально-культурной автономии Фрунзику Хачатряну. Вместе с сыном по делу о покушении на Хачатряна, заведенному ещё в июне 1999 года, проходит и отец, Александр Солодкин-старший.
В четверг, 18 февраля, в Центральном областном суде было особенно людно: фотографы, операторы и журналисты ждали главного «героя» дня. Представителям СМИ разрешили снимать и фотографировать бывшего заместителя мэра, Александра Солодкина-младшего первые пять минут до начала слушания.
«Да что вы волнуетесь, все равно в клетку его не посадят», – пытался успокоить разволновавшихся фотографов один из операторов.
Однако он ошибался. Бывшего заместителя мэра в зал суда привели в наручниках двое конвоиров. Солодкина-младшего завели за решетку, а журналистам дали команду «старт».
В эти минуты я так и не смог для себя понять, кто из присутствующих вызывает большее недоумение: вице-мэр, фигурировавший в нескольких криминальных делах последних 15 лет, или журналисты, окружившие подсудимого, словно клетку с диковинным зверем в зоопарке. Странно, что Солодкина ещё не попросили позировать.
Заседание суда по делу Солодкина-младшего длилось около 8 часов с тремя перерывами. С 10 утра до 7 вечера в Центральном районном суде толпились журналисты, следователи и родственники вице-мэра. Жена подсудимого Софья предлагала внести за мужа залог в размере 1 млн 70 рублей. По её словам, это все, что есть на семейных счетах. В защиту провинившегося вице-мэра подали личные поручительства депутат Госдумы, трехкратный олимпийский чемпион Александр Карелин и секретарь политсовета регионального отделения партии «Единая Россия», председатель облсовета Алексей Беспаликов. Личное ходатайство о неприменении строгих мер к Солодкину поступило в суд от губернатора Новосибирской области Виктора Толоконского.
В доме, офисе и даче Солодкина-младшего было проведено четыре обыска. На сегодняшний день его брат, предприниматель Юрий Солодкин объявлен в розыск.
Солодкин попросил снять куртку. Конвоиры отрицательно покачали головой. «Жарко», – тихо вздохнул вице-мэр. Попросил воды – опять отказ. «Если кто-нибудь вам принесет», – нехотя ответила судья. Но желающих напоить вице-мэра в зале суда не нашлось.
На протяжении всего заседания у Солодкина был потерянный вид. Вице-мэр то вздыхал, то рассматривал свои руки, то заглядывал в глаза журналистам, надеясь увидеть в них понимание и сочувствие. Пока судья зачитывала решение, Александр стоял и отчаянно мотал головой, пытаясь всем своим видом показать, что все это – обвинения в организации ПГ, подстрекательстве и мошенничестве – блеф и фарс.
Несколько раз я сталкивался взглядом с вице-мэром. Он выглядел грустным и потерянным. Дома своего отца, большого человека в Новосибирске, будут ждать двое несовершеннолетних детей 10 и 3 лет. Но отец не придет.
Мне было неловко смотреть ему в глаза, ведь я тоже отчасти был «зрителем цирка»: сидел по ту сторону клетки, записывал судебное заседание на диктофон, делал пометки в блокноте, обсуждал в перерыве подробности дела с коллегами.
Суд удовлетворил ходатайство следователей изменить меру пресечения с подписки о невыезде на заключение под стражу. Экс вице-мэру предъявлены обвинения по статьям 33 и 167 (соучастие в умышленном повреждении чужого имущества), 210 (участие в деятельности преступного сообщества) УК РФ. Старшему Солодкину предъявлено обвинение по 33 (подстрекательство к убийству) и 210 статье (участие в организованном преступном сообществе) УК РФ. Отец и сын отправлены в СИЗО №1.
Обязанности вице-мэра Новосибирска возложены на подчинённого Солодкина, руководителя департамента по социальной политике Александра Львова.
«Следствие ведет четкую линию заказного дела, – выступил Солодкин-младший. – Уничтожается моя семья. Я знаком со всеми этими людьми, но я не входил в преступную группировку, не финансировал их, и не содействовал им. Я законопослушный гражданин».
«Уважаемое следствие, нам действительно…» – попытался взять слово адвокат Солодкина Павел Подковырин. «Нечего сказать», – ехидным шепотом резюмировал следователь Цыганков.
Софья, укутавшись в норковую шубу, плачет на крыльце районного суда. Адвокат Солодкина Николай Кобелев, собрав в коридоре мини-конференцию, обещает журналистам дойти до Страсбургского суда и биться за справедливость там.
Новосибирская общественность, которую политический скандал буквально «поставил на уши», разделилась на два лагеря: за и против. «Солодкин был лучшим депутатом для народа!» – кричат одни. «Украл больше, чем вложил! Вор должен сидеть в тюрьме», – протестуют другие. Суду, как водится, мнение общественности малоинтересно, и судьбу семьи Солодкиных он будет решать сам.
Алекс Рутковский
