Решение изменить порядок выборов мэра г. Новосибирска, исключающее возможность проведения второго тура, соответствует общероссийскому тренду на придание демократическим процедурам все более и более формального характера. Но одно дело, когда меняют внешние условия, сохраняя при этом форму, и другое дело, когда вторгаются в саму процедуру.
Второй тур на выборах глав муниципальных образований, губернаторов, президентов – один из важнейших элементов демократической процедуры легитимации власти. Демократически избранный лидер получает свой мандат на осуществление властных функций, благодаря ясно и недвусмысленно выраженной воле большинства политически активных граждан. А только второй тур и позволяет выявить волю большинства, если не удалось ее выявить в ходе первого тура.
При отмене второго тура этот фундаментальный демократический принцип разрушается. Теперь главу города сможет выбирать меньшинство. Простой пример: при 50% явке на выборах мэра - 20% проголосовало за одного кандидата, 15% за другого и еще 15% голосов разделились между тремя кандидатами. На чьей стороне большинство избирателей? Неизвестно. Выразить свою волю большинство может только при наличии второго тура, поддержав либо первого, либо второго из двух кандидатов, набравших в первом туре большее число голосов.
Разрушение демократической процедуры избрания лидера (в данном случае, главы города) наносит непоправимый ущерб самой власти. Теперь она будет не выразителем воли большинства, что соответствует базовым представлениям людей о справедливости, а выразителем воли меньшинства (при условии, что победитель в первом туре набрал меньше 50 % голосов). Это сделает ее нелегитимной в глазах значительной части граждан, усилит раздражение людей против власти. Не случайно, при всем очевидном желании придать демократическим процедурам формальный характер, центральная власть и власти столичных городов не решаются отменить второй тур на выборах президента и мэров. Представьте, как выглядел бы Собянин, сделай он такой финт? Причем, не столько даже в Москве и в России, сколько в глазах мирового сообщества (хоть западной его части, хоть восточной). Почему же тогда Новосибирск бежит впереди паровоза?
Ну, во-первых, на мой взгляд, потому, что новосибирская власть всегда была глубоко провинциальной по своему менталитету. Соображения внешнего престижа ее волнуют в последнюю очередь. Во-вторых, желание отменить второй тур на выборах мэра (за год до самих выборов) слишком явно демонстрирует неуверенность власти в их исходе. Откуда проистекает эта неуверенность – вот в чем загадка! Ведь, глядя с внешней стороны, в городе все благополучно. Я имею в виду, что протестная активность населения низка, как никогда. Харизматических фигур типа Ройзмана или Навального в городе нет. Системная оппозиция (в первую очередь, КПРФ) потому и системная, что никогда не посягает на захват исполнительной власти. За двадцать лет существования своей партии коммунисты ни разу пробовали побороться за пост мэра Новосибирска или губернатора Новосибирской области всерьез. Не будут пытаться и впредь.
Между КПРФ и Кремлем, по-видимому, действует негласный конкордат: КПРФ аккумулирует протестные настроения граждан, трансформирует их в электоральную активность на выборах представительных органов власти и затем рассеивает в митинговой толчее, в «грозной» риторике лидеров и разного рода «хлопушках» законодательных и гражданских инициатив, которые заведомо ни к чему не ведут. Тем временем, в области реальной политики КПРФ является важнейшей опорой режима, более надежной, чем рассыпающиеся в песок партии власти – все эти ДВР, НДР, ЕР, которым теперь наследует ОНФ.
Власть не мешает коммунистам бороться за места в представительных органах (стараясь регулировать только их процентное соотношение). А компартия, в свою очередь, подыгрывает властям на выборах глав муниципалитетов и регионов, не говоря уже о выборах президента. Обе стороны блюдут условия конкордата, но случаются и проколы.
Один такой прокол имел место два года назад на выборах мэра г. Бердска. Общая схема, казалось, была продумана идеально. Коммунисты, поставив перед собой цель, взять максимальное количество мест в горсовете, выстроили своих кандидатов «свиньей». Во главе списка шел кандидат в депутаты горсовета и он же кандидат в мэры. Но на роль лидера специально была подобрана фигура, заведомо слабая и уступающая по многим позициям кандидату в мэры от власти. И, когда во втором туре победил их кандидат, для коммунистов это было такой же неожиданностью, как и для властей. Это нарушало условия конкордата, но не отказываться же от победы? Тем более, что партийная масса, актив и особенно молодежь, наивная и не закосневшая в политическом интриганстве, приняли все это за чистую монету…
Неожиданный исход выборов объяснялся рядом ошибок, допущенных властью в организации избирательной кампании своего кандидата и рядом случайностей, которые вообще никто не мог предвидеть (как, например, крупную аварию, произошедшую в аккурат между первым и вторым туром выборов). Таким образом, победа коммуниста Потапова на выборах мэра Бердска была случайной и для властей, и для руководства КПРФ, которое к ней вовсе не стремилось. Но эта случайность, похоже, и напугала власть. Стало очевидно, что все закулисные договоренности и клятвы на крови могут быть сорваны …избирателями, которые голосуют, как им хочется.
Однако, выборы в Бердске прошли два года назад, а изменения в Устав Новосибирска подготовили только теперь. Почему же образовался такой разрыв? Осмелюсь высказать два предположения.
Вероятно, за последний год произошли какие-то сдвиги в электоральных предпочтениях жителей города. Не выливаясь в явном виде, они зреют подспудно. К сожалению, в Новосибирске отсутствуют независимые агентства, которые могли бы подтвердить социологическими исследованиями это предположение. Но закрытые опросы по заказу властей проводятся регулярно и, видимо, показывают, что на выборах 2014 г. может повториться бердский сценарий. Другой источник беспокойства лежит в области «Бермудского треугольника» (полпред – губернатор – мэр), где неизвестно что происходит и откуда неизвестно чего ждать.
Надо полагать, оба эти фактора и подтолкнули власти Новосибирска инициировать изменения в Устав города, хотя, на первый взгляд кажется, что это излишняя перестраховка. В самом деле, установив единый день голосования 8 сентября, федеральный центр уже обеспечил максимальные преференции действующим руководителям на местных и региональных выборах. Политических партий или харизматических лидеров, которые реально хотели бы и могли бросить вызов команде мэра, в Новосибирске тоже нет. Остаются две реальные угрозы: раскол внутри самой властной элиты и случайность, при которой любые закулисные расчеты и договоренности срывают сами избиратели.
Но ведь, если такая «случайность» действительно замаячила на горизонте, а не является порождением иррациональных страхов городской властной элиты, она может сработать и в первом туре, после которого исправить уже ничего будет нельзя! Интересно, принимают ли это соображение в расчет авторы поправок?
Фото из открытых источников
Игорь Лихоманов