О своих достижениях представители нескольких научных институтов Академгородка сегодня не говорили. Почти полтора часа они рассказывали о своих иностранных коллегах, которые буквально несколько дней назад получили Нобелевскую премию.
Мы больше работаем с коллайдерами
За открытие явления нейтринных осцилляций в 2015 году Нобелевская премия по физике присуждена двум ученым – Артуру Макдональду из Канады и японцу Такааки Каджита.
Александр Бондарь, заместитель директора по научной работе Института ядерной физики им. Г. И. Будкера СО РАН, отметил, что иностранными коллегами проделана большая и достойная уважения работа. Исследования в этой области ведутся уже не один десяток лет, а работы ученых из Канады и Японии стали определяющими для исследования свойств нейтрино: «В частности, Нобелевская премия вручена за открытие нейтринных осцилляций, которые продемонстрировали, что нейтрино имеют массу».
Замдиректора по научной работе ИЯФа отметил, что российские ученые хоть и не обладают столь престижной премией, но тоже ведут работы в этой области.
«Институт ядерных исследований Москвы создал установку, которая называется «СЕЙДЖ» на Северном Кавказе. Это эксперимент по наблюдению за потоком солнечного нейтрино в галлий-германиевой реакции. Россия внесла очень существенный вклад в проблему дефицита солнечного нейтрино», – добавил Александр Бондарь, заместитель директора по научной работе Института ядерной физики им. Г.И. Будкера СО РАН.
Что же касается непосредственно вклада ученых из Сибирского отделения РАН, то они свои силы направляют на участие в других экспериментах, в основном связанных с коллайдерами.
Удача, трудолюбие и нацеленность на решение большой социальной проблемы
Еще одна Нобелевская премия присуждена по физиологии и медицине Вильяму Кэмпбеллу, Сатоши Омура и Юю Ту за открытие новых методов лечения паразитарных инфекций и малярии.
По мнению Максима Филипенко, заведующего лабораторией фармакогеномики Института химической биологии и медицины СО РАН, такие исследования крайне важны для жителей Африки. Паразитарные заболевания очень часто становятся причиной их смерти.
Вильяму Кэмпбеллу и Сатоши Омура вручили премию за создание препарата «Ивермектин». Он не только помогал в борьбе с паразитарными инфекциями, но также показал активность против клещей и вшей. По мнению Филипенко работы ученых отличают трудолюбие, удача и некоторая прозорливость.
Юю Ту, первая женщина из Китая, получившая Нобелевскую премию, занималась разработкой препаратов против малярии. Смертность от этой болезни – около миллиона людей в год. Ее исследование связано с однолетней полынью, которая, кстати, считается одним из распространенных растений на территории России.
Юю Ту заметила: горячий метод экстракции однолетней полыни приводит к ее эффективности против малярийных плазмодиев.
«По сути, этими учеными не было предложено каких-то фундаментальных механизмов и блестящих, очень технологически сложных открытий. Это действительно, скорее всего, была удача, трудолюбие и нацеленность на решение большой социальной проблемы. Лауреаты вернулись к тому, что завещал Нобель, который говорил: премия по медицине должна выдаваться за решение практической задачи, имеющей большое социальное значение. И авторы работ, получившие эту награду, с ней справились», – рассказал Максим Филипенко.
Еще одна премия получена за установление фундаментальных механизмов репарации ДНК. «Эту премию давно ждали. Ее получили трое ученых, но тех, кто занимается этим направлением довольно много. И я думаю, это не последняя премия в области химии в этом направлении. Дальнейшее развитие очень важно, к примеру, для разработки препаратов для лечения одного из самых страшных заболеваний – рака», – отметила Ольга Лаврик, заведующая лабораторией биоорганической химии ферментов ИХБФМ СО РАН.
На вопрос, станут ли успехи иностранных коллег стимулом для российских ученых, собравшиеся ответили просто: потенциал есть, а вот средств на реализацию практически нет.
«Это очень болезненный вопрос. Недофинансирование российской науки очень серьезное. А исследования очень дорогие. Финансирование всей российской науки сопоставимо с финансированием одного университета в США. Вы же понимаете, в каких условиях мы работаем. Мы можем выиграть только на идее, но любая идея требуют осуществления», – добавила Ольга Лаврик.
Полная видеоверсия пресс-конференции
Марина Мезина