Первая школа для молодых специалистов состоялась в Институте ядерной физики еще в 80-е годы. Некоторое время школы проводились регулярно – организаторы меняли тематику, в 90-е пришлось сделать вынужденный перерыв, но затем работа возобновилась.
На пресс-конференции, посвященной открытию школы, замдиректора Института ядерной физики Геннадий Кулипанов рассказал, что слушателей ждет цикл лекций о синхротронном излучении и об экспериментальных методах, которые его используют: дифракционные методы, рентгеновская спектроскопия, рентгенофлюоресцентный элементный анализ и другие. Все исследования в Сибирском центре синхротронного и терагерцового излучения на базе лабораторий ИЯФ связаны с каким-либо технологическим применением.
– Одна из отличительных особенностей нашей школы заключается в том, что мы организуем практические занятия, – подчеркнул Геннадий Кулипанов. – Для слушателей проводятся экскурсии, они могут посмотреть, что собой представляет «в железе» эта методика. Если кто-то привозит с собой образцы, их можно измерить. Когда-то участники школы днем слушали лекции, а ночами работали, сейчас, к счастью, этого не требуется.
В ИЯФ фактически действует центр коллективного пользования. Такие центры бывают организованы по типу заводской лаборатории, сотрудники которой проводят измерения и получают за это деньги. У нас же изучаются сложные, нестандартные объекты, и оборудование такое купить нигде нельзя – можно только создать самим. Если изучаются катализаторы, делать это должен сотрудник Института катализа, если взрывчатка – ученый из Института гидродинамики и так далее. Мы проводим школы, чтобы слушатели привыкали к такому стилю работы.
– У нас регулярно бывает молодежь, не обязательно из школы, – дополнил заведующий лабораторией ИЯФ Борис Князев. – Приезжали пользователи из других городов России и из-за границы, например сотрудники Сеульского университета. Наш лазер на свободных электронах является самым мощным в мире в этом спектральном диапазоне. Тематика синхротронного излучения сейчас очень популярна и востребована в мире, обещает большие перспективы в области контроля оружия, а также в биомедицинских исследованиях. Будущее за созданием более компактных и менее дорогих источников излучения.
– Я много лет работаю с Институтом патологии кровообращения имени Мешалкина, – рассказала старший научный сотрудник Института неорганической химии им. А.В. Николаева Валентина Трунова. – Мы получили уникальные результаты: смогли посмотреть, из чего состоит человеческая мышца, как она работает. Для этого нужен не только аутопсийный, но и биопсийный материал – послеоперационный или отобранный при помощи шприца. Объем этой массы в сыром виде – миллиграмм, а в сухом – 0,5 миллиграмма и меньше. Только с помощью синхротронного излучения мы можем получить информацию о 20 – 30 элементах из этой массы. Никакая рентгеновская трубка сделать этого не в состоянии. Такие данные очень нужны физиологам, заинтересовались и хирурги.
О том, как синхротронное излучение помогает реконструировать климат, рассказал старший научный сотрудник Института геологии и минералогии имени В.С. Соболева Андрей Дарьин:
– Исследования касаются климата последних тысячелетий. С Институтом ядерной физики мы сотрудничаем около десяти лет, хотя первые эксперименты были проведены еще в 80-е. Мы изучаем с высоким пространственным разрешением элементный состав донных осадков озер и морей. При образовании осадка в его микроэлементном составе отражаются те условия, по которых он возник: сколько было снега, какая была температура и так далее. Детальное изучение дает нам возможность реконструировать изменения климата Сибири. Это новое применение синхротронного излучения.
Фото автора
Мария Тилишевска