Лично я к Навальному Алексею Анатольевичу (НАА) отношусь спокойно: хорошо, что он есть, но поддерживать или критиковать его не собираюсь. За что, кстати, частенько «прилетает» со стороны как его поклонников, так и его противников. И те и другие категоричны в своих оценках. Среднего нам не дано, т.к. мы все вышли из советской шинели, и, стало быть, те, кто не с нами, те против нас. По этой причине я не удивляюсь, когда даже интеллигентные сторонники Навального, не входящие в лагерь его фанатов, говорят и пишут мне: «Алексея надо поддержать, иначе будет хуже».
Такой всплеск интереса к Навальному объясняется, с моей точки зрения, тем, что Алексей Анатольевич – новый человек в российской политике. Остальные уже приелись и легко прогнозируемы. Чего не скажешь о НАА, его политические взгляды для меня загадка (критика властей не в счет): он и националист, он и либерал, он и сторонник социального государства. У меня зачастую создается впечатление, что Навальный – человек-эхо. Есть такой термин в политологии, когда взгляды политика меняются в зависимости от аудитории. Навальный мне напоминает двух исторических персонажей: Бориса Николаевича Ельцина (ЕБН) и Александра Федоровича Керенского (АФК), которые в свое время были так же популярны.
Советская пропаганда вдолбила в сознание, что Керенский был слабовольным самовлюбленным нарциссом, которого волею случая вынесло на вершину власти и который трусливо, переодевшись в женское платье, бежал из Зимнего дворца. На деле это, конечно же, не так. Александр Федорович при всех его заморочках (непомерной гордыне, неумении и нежелании слушать любое мнение, кроме своего) был чрезвычайно популярной личностью. И свою популярность он приобрел своими адвокатскими делами. Он защищал армянских националистов и, самое главное, по просьбе тогдашней Госдумы руководил расследованием расстрела рабочих на Ленских приисках в 1912 году. За это его невзлюбили власти, но (!) зато он приобрел славу у «креативного» класса обеих столиц. Социальных сетей тогда, естественно, не было, их с лихвой компенсировали салонные посиделки и отчасти пресса. К февралю 17-го года он стал кумиром масс и был на порядок популярнее Ленина и Троцкого вместе взятых. Ну, а дальше вы сами знаете, что было: АФК в считанные месяцы растранжирил весь свой политический капитал, потерял бразды правления страной и, естественно, потерял власть.
К Борису Николаевичу я относился так же меланхолично, как и к Навальному. Мое скептическое восприятие ЕБН связано с … работой в архивах. Поскольку моя дипломная работа и практически написанная, но не защищенная диссертация посвящены социальной политике партии и правительства в годы Великой Отечественной войны, пришлось много работать в архивах. Так вот, читая множество стенограмм кустовых (селекторных) и прочих совещаний партийных и хозяйственных органов и сравнивая их с отчетами в газетах тех лет, я понял, что руководители в своем кругу говорят одно, а на публику выносят другое. И в Борисе Николаевиче я увидел не борца с тоталитаризмом, а одного из партийных лидеров, просто желающего в условиях крушения тогдашней вертикали власти стать самым главным. Но народу он нравился. Помню, как в 1987 году по Новосибирску передавалась из рук в руки перепечатка его выступления на заседании ЦК КПСС, в которой ЕБН критиковал Горбачева, его жену, качество колбасы. Ключевым моментом была, наверное, колбаса. Позже выяснилось, что он говорил совсем не это, точнее, вообще не это. Но это значения не имело, т.к. народ хотел кумира и мессию – и он его получил.
Я не говорю, что НАА повторит путь АФК или ЕБН. Во-первых, он не добрался до власти. Во-вторых, история не только не любит сослагательного наклонения, она, история, не любит повторяться. Даже как фарс. Полагаю, что Гегель, сказав фразу про то, что история повторяется дважды, видимо, пребывал в игривом настроении. С философами такое часто случается, но последователи воспринимают их шутки всерьез, например Карл Маркс, который «перепостил» эту цитату.
С годами мне стал чужд революционный или контрреволюционный романтизм. Мне надоели популисты и демагоги. Мне хочется, чтобы руководили люди, понимающие экономику, организацию производственных процессов, а не политики, умеющие жечь глаголом сердца людей.
Беда Советского Союза заключалась в том, что за годы сталинского менеджмента в руководстве страны практически исчезла прослойка людей, понимавших специфику пусть и социалистической, но экономики. Единственной глыбой в этом отношении был Алексей Косыгин, который сделал правильные шаги в оздоровлении экономики. Многие не знают, что единственной выполненной пятилеткой была восьмая, «косыгинская», пятилетка, когда был введен хозрасчет. К сожалению, дальше ему пойти не дали, хотя следующий шаг напрашивался: разрешить предприятиям самим устанавливать цену на продукцию и торговать относительно свободно, а не централизованно. Вмешались два фактора: членам Политбюро новый НЭП был не нужен, к тому же выросли цены на энергоносители, и государственная казна пополнилась сама собой, без всяких реформ и модернизаций. Ну, естественно, нужно добавить, что Алексей Косыгин явно не Дэн Сяо Пин. Дэн был вождем и непререкаемым авторитетом.
Возвращаясь к Навальному. Мой товарищ Евгений написал мне в Facebook’е: «Страна валится в пропасть. Все понимают, что нужна смена системы власти. Появился таран – Навальный. Полагаю, надо впрягаться и участвовать, а не продолжать стоять в позиции наблюдателя. Парень многое поставил лично на карту, и в такой ситуации, мне кажется, неуместно шутить». Моя коллега Наталья считает, что сторонники в столице «собирались ему помогать и уже помогают, считая, что при любом итоге это НУЖНО делать, иначе только хуже будет. При этом, понятное дело, Москва не Россия, НО ЭТО – ПРОВЕРКА ДЛЯ ВСЕЙ СТРАНЫ».
Обратите внимание, что в обоих случаях тактично навязывается необходимость, даже обязанность поддержать Навального. При этом без особой аргументации: зачем и почему. Хотя, пардон, аргументация есть: если не Навальный, то будет хуже… Но, впрочем, непонятно, почему мы должны поддерживать именно его? А как же выбор хотя бы из двух вариантов?
Лично советую почитать на досуге пьесу Евгения Шварца «Дракон». Так вот, власть – это дракон. И важно не только победить дракона, важно убить его в себе, чтобы не стать им. И я не знаю тех, кто смог бы это сделать. Уверены ли вы, что Алексей Навальный способен это сделать?
Лично я – нет. И по этой причине отношусь к нему индифферентно.
Ерлан Байжанов